Поэтому лошадь сочетает в себе одновременно близость к человеку и священность, благородство.
Выносливая, умная и преданная, лошадь вместе с тем может ассоциироваться с горячностью, заносчивостью и необузданностью. Именно эта многогранность позволила образу лошади естественно и прочно войти в жизнь общества, обогатив духовный мир человека.
Лошадь в речи и фразеологии
В сокровищнице вьетнамских пословиц и поговорок немало выражений, в которых образ лошади используется для характеристики человеческого нрава. При этом употребление слов «ngựa» (произносится примерно как «нгыа» или лошадь) и «mã» (ма - иероглифическое, китайско-вьетнамское обозначение лошади) придаёт различную смысловую окраску.
По словам доктора Чан Ван Шанга (факультет филологии и коммуникации, Педагогический университет — Университет Дананга), слово «ngựa» является исконно вьетнамским, поэтому выражения с ним имеют южное происхождение и тесно связаны с культурой вьетнамцев.
Из такого мышления возникли многочисленные характеристики людей: «ngựa quen đường cũ» (лошадь, привыкшая к старой дороге — о человеке, не меняющем привычек), «thẳng như ruột ngựa» (прямой как кишка лошади — о прямолинейности), «ngựa non háu đá» (молодая лошадь, рвущаяся лягаться — о горячности молодости), а также пословица «đường dài mới biết ngựa hay» (дальняя дорога покажет хорошую лошадь).
Напротив, слово «mã» имеет китайско-вьетнамское происхождение и пришло с Севера. По словам доктора Чан Ван Шанга, в северных регионах сформировалась кочевая и сухопутная земледельческая цивилизация, где люди в большой степени полагались на лошадей для передвижения и перевозок на дальние расстояния, поэтому относились к ним с особым почтением.
Отсюда — многочисленные возвышенные эпитеты: «tuấn mã» (прекрасный и сильный конь), «long mã» (мифическое существо с телом лошади и головой дракона, символ мира и процветания), а также выражение «mã đáo thành công» — пожелание благополучного и успешного начала.
«Все выражения со словом “mã” во вьетнамском языке сформировались под влиянием северной культуры. Например, “thiên lý mã” — конь, способный пробежать тысячу ли; “lạm phát phi mã” — галопирующая инфляция; “đơn thương độc mã” — в одиночку противостоять трудностям, без поддержки», — поясняет доктор Чан Ван Шанг.
В Ханое находится храм Бать Ма (76 Хангбуом) — святилище, связанное с легендой о духе Лонг До, помогшем королю Ли Тхай То построить столицу Тханглонг в IX веке. В то же время Дворец спорта Куан Нгыа получил своё народное название потому, что в конце XIX века во времена французской колонизации здесь располагались конюшни и ипподром.
Ещё одно китайско-вьетнамское слово для обозначения лошади — «ngọ» (нго). В восточной народной традиции положение «нго» в двенадцатилетнем цикле зодиакальных животных (в центре) соотносится с серединой дня — временем с 11 до 13 часов (час нго).
Существует и другое толкование: лошадь рассматривается как символ Солнца, относящийся к стихии ян-огня и олицетворяющий жар. Поэтому самое жаркое время дня называют «часом нго», а самый знойный период года приходится на месяц Нго, связанный с праздником Тэт Доан Нго.
Лошадь — спутник жизни этнических меньшинств
Если в жизни народности Кинь лошадь сегодня чаще встречается в речи и фразеологии, то во многих районах проживания этнических меньшинств она по-прежнему играет важную роль в труде и производстве.
Из-за горного и труднодоступного рельефа во многих местах лошади до сих пор заменяют транспорт и технику при перевозке людей и грузов. Они остаются верными спутниками жителей северных горных провинций, Центрального нагорья и некоторых районов Юга. Выносливость и сила лошади служат образцом для подражания, символом стойкости и способности переносить испытания.
Говоря о лошадях Центрального нагорья, исследователь Данг Минь Там шутливо призывал «реабилитировать» пословицу о лошади, возвращающейся на старую дорогу.
По его словам, лошади этого региона прекрасно запоминают путь: достаточно пройти его несколько раз — и они уже не нуждаются в поводыре. Стоит лишь нагрузить их поклажей — и животное самостоятельно найдёт дорогу к селениям. Хотя местные лошади невелики ростом, они прекрасно приспособлены к горной местности. Нагрузив лошадь, молодые люди идут пешком рядом, закаляя выносливость.
«Никто точно не исследовал, когда лошади появились на Центральном нагорье, но местные жители высоко ценят это животное. Оно укрепляет в человеке веру в терпение и трудолюбие, помогающие преодолевать жизненные трудности», — отмечает Данг Минь Там.
Лошадь сопровождает не только живых, но и, по поверьям, помогает умершим отправиться в иной мир. В Мыонг-кхыонг (провинция Лаокай) народность Нунг динь сохраняет традицию танца с бумажной лошадью. Этот танец исполняется во время культурных мероприятий, в том числе похорон, как знак благодарности живых ушедшим.
Лошадь также занимает важное место в жизни народа Хмонг. Помимо перевозки грузов и людей, она издавна сопровождала хозяина и в бою.
По словам доктора Чан Хыу Шона — бывшего директора Департамента культуры, спорта и туризма провинции Лаокай, в древности, когда народ Зао (Сапа) сталкивался с набегами бандитов, деревни объединялись. Проводился обряд клятвы «Нао Шонг», во время которого распределялись силы, оружие, лекарства и стратегия защиты. В этих событиях лошадь становилась ещё более значимой частью общественной жизни.
Сегодня во время праздников и Тэта в ряде районов этнических меньшинств проводятся оживлённые конные скачки. Турниры в Там-дыонге (Лайчоу) и Бакха (Лаокай) стали ежегодной традицией (в Бакха они проходят еженедельно), привлекая многочисленных туристов, в том числе иностранных, особенно в начале года./.
